Дом Гуляева – корабль, пущенный ко дну

Сначала прошедшего века в Петергофе на Сухом пруду появился дом, схожий на большой корабль. Над ним выселись две башенки, стилизованные под корабельные, а по бокам расположились террасы, стилизованные под палубы. Снутри тоже было много флотского, чего стоила одна только винтообразная железная лестница-трап, ведущая на 2-ой этаж. Все это вымыслил Дом Гуляева – корабль, пущенный ко дну владелец дома – инженер-кораблестроитель Эраст Евгеньевич Гуляев.

Когда-то это имя гремело на весь военно-морской флот. Генерал-лейтенант Гуляев принадлежал к тесноватому кругу выдающихся корабельных инженеров – соратников главы Мосркого ведомства, Величавого князя Константина Николаевича, владельца дворца в Стрельне. Их усилиями во 2-ой половине XIX века русский флот вступил в эру Дом Гуляева – корабль, пущенный ко дну стального кораблестроения. Флот перебежал «от паруса к пару, от дерева к железу». Это была революция в технике тех пор.

Гуляев создавал новые броненосные корабли. Им разработан тип непотопляемого и неопрокидываемого броненосца и в первый раз в мире обусловлены принципы конструктивной защиты кораблей от подводных мин и Дом Гуляева – корабль, пущенный ко дну торпед.

Это был ученый с мировым именованием, изобретатель, но в Петербурге его главное достижение – создание уникального опытового бассейна, созданного для тесты моделей судов.

Скончался Гуляев в 1919 году, так и не приняв революцию. До последнего он передвигался по Петергофу исключительно в генеральском мундире. Его супруга, дочь и отпрыск ушли из жизни еще ранее Дом Гуляева – корабль, пущенный ко дну.

Опустевший дом на Прудовой 10 разделили на восемь квартир. В 1922 в него въехали мои дед, бабушка, отец, которому не было к тому же года, и его старшие сестра и брат. Тут же жила бабушкина младшая сестра Ольга Ивановна Шалашевич с отпрыском Геннадием.

Наша семья прожила тут целых 20 лет: до оккупации Дом Гуляева – корабль, пущенный ко дну в 1941 году. В 1925 году тут родился мой дядя В.В.Климов. Он и оставил мемуары о доме Гуляева, на базе которых я пишу эту историю.

Как вспоминал дядя, детская его была на нижнем этаже. С юга к ней примыкал большой балкон со ступенями в придомовой сад. Окно было Дом Гуляева – корабль, пущенный ко дну украшено витражом из цветного стекла. Свет, льющийся через цветные стекла сказочно преображал интерьеры, а умопомрачительное сияние полупрозрачных цветных стекол и мигание ярких силуэтов делали некий загадочный, практически магический полумрак.

Дом смотрелся празднично, как и раньше как новый, хотя за предвоенное десятилетие никогда не ремонтировался кроме очистки дымопроводов и покраски Дом Гуляева – корабль, пущенный ко дну кровли. Правильно употреблялся двор: там были большой ледник, каретный сарайчик на несколько карет, дворницкая, прачечная, помещения для скотин, поросят, кур и уток, дровяные сараи, фруктовый и декоративный сады и розарий.

В комнатах на нижнем этаже сияли янтарем паркет и мебель карельской березы. А в зале на втором – висели Дом Гуляева – корабль, пущенный ко дну две картины в декоративных рамах, про их гласили, что это чуть не сам Айвазовский. На одной был изображен девятый вал, на другой – опытовый бассейн.

Зимы дом встречал во всеоружии: в комнатах стояли доброкачественные изразцовые либо круглые стальные печи старенького времени, державшие тепло по-настоящему, а не так, как буржуйки. Были печки Дом Гуляева – корабль, пущенный ко дну и с герметическими дверями: растопились дрова, и дверцы плотно запираются.

Дед мой обожал топить печи, хотя дрова и были дороги. Их брали возками у фермеров на рынке. Самыми дешевенькими и нехорошими были осиновые, отсюда и пошла поговорка «Осина не пылает без керосина».

Но время от времени морозы брали свое Дом Гуляева – корабль, пущенный ко дну. Несколько зим в доме замерзали трубы. Тогда дед брал пешню и шел на Британский пруд пробивать лунку, чтоб набрать ведро воды и привезти его на саночках.

Зато каждую весну во дворе буйно зацветала сирень. К ней присоединялись и яблони, и вишни, и жасмин, радуя жильцов цветом и запахом Дом Гуляева – корабль, пущенный ко дну. До середины 30-х около дома все лето звенела музыка, тут нередко концертировали именитые дирижеры и певчие Ленинградской капеллы.

После генерала в доме остались его дворник и кухарка, бабка Дарья. Они содержали в примерном порядке могилы Гуляевых (на самом знатном месте Троицкого кладбища – напротив входа в церковь) и попутно проживали Дом Гуляева – корабль, пущенный ко дну хозяйское имущество: за бесценок сбывали заокеанский фарфор, несли в торгсин столовое серебро, распродавали элитные саженцы роз. Из Ленинграда к кухарке приехал племянник Гаврилов, который потихоньку вывозил ценную генеральскую мебель и другое имущество.

В сентябре 1941 г. дом захватили немцы, и как ни удивительно, не разрушили. Основной урон – так Дом Гуляева – корабль, пущенный ко дну называемое упрощение – был нанесен ему уже в послевоенное время.

Потуги энтузиастов увековечить память Гуляева привели к тому, что дом получил статус выявленного монумента. Но через пару лет он растерял его в неравной борьбе с петербургским девелопментом. Приблизительно тогда же сломали и детище Гуляева – опытовый бассейн в Новейшей Голландии.

На данный Дом Гуляева – корабль, пущенный ко дну момент дом на Прудовой 10 объявлен аварийным, а участок под ним городское правительство выставляет на торги.

Неуж-то этот дом остается исключительно в моей памяти?..


dolgovechnaya-drevesina-pilomateriali-propitannie-pod-davleniem.html
dolgovoj-faktor10042008-statistika-upominanij-za-proshedshie-sutki.html
dolgovremennaya-pamyat-emocii-i-opioidnie-nejromediatori.html